Посчастливилось нам с женой принять участие в чемпионате мира по игре “спортивное Что? Где? Когда?” Чемпионат проходил этим летом в Калининграде. Всё было отлично, а вот перелёт из Москвы в Калининград ещё долго будут рассказывать своим детям и внукам знатоки клубов со всего мира. А было всё вот как:

Всё началось с того, что аэропорт Домодедово, по неизвестным никому причинам, объединил два рейса, видимо ре�?ив, что количество пассажиров с обоих рейсов, в сумме как раз равняется количеству мест в самолёте Як 42М. �?так, с неболь�?ой задержкой, но с хоро�?им настроением от общения, в очереди на регистрацию, со многими интересными людьми, мы сели в самолёт. Места нам с женой достались просто замечательные: на последнем ряду. Замечательные они были тем, что отсюда был виден весь салон, как на ладони, и мы были в курсе всего происходящего с самого начала и до самого конца.

Не успел самолёт тронуться с места, чтобы выехать на взлётную полосу, как с места вскочил капитан израильской команды. Он побежал к пилотам, и самолёт остановился. Вернув�?ись из кабины пилотов, израильтянин сообщил нам, что в самолёте не хватает двух знатоков из его команды. Первым делом стали звонить им на сотовые телефоны, но они, увы, были вне зоны обслуживания. Другие пассажиры, те, кто сидел поближе к кабине и не слы�?ал заявлений капитана команды �?зраиля, стали возмущаться: “Почему стоим?”, “Мы итак уже задержались!”, а те, кто слы�?ал, начали добавлять, “Пусть следующим рейсом летят”. Но их багаж был уже в самолёте, и, чтобы взлететь, нужно было, либо разыскать двух пропав�?их знатоков, либо выгружать багаж, сортировать его, отделять багаж потеряв�?ихся, заново пропускать багаж через таможню и грузить в самолёт. На это у�?ла бы уйма времени (по словам второго пилота, который стоял возле нас и общался со стюардессой). Минут через тридцать, всё-таки удалось дозвониться до потеряв�?ихся знатоков. Они нам поведали, что сотрудники аэропорта неправильно посчитали посадочные талоны и их попросту не пустили в самолёт, сказав, что там уже нет места, и послали этих бедолаг разбираться к начальнику аэропорта в другой конец Домодедова (а расстояние это - приличное). Там им всё же удалось доказать свою правоту и, спустя ещё полчаса, под восторженные аплодисменты, они во�?ли в самолёт.

Но на этом история не закончилась. Как только знатоки заняли свои места, и самолёт сделал очередную попытку добраться до взлётной полосы, мы услы�?али пронзительный женский крик: Выпустите меня из самолёта! Я не доверяю экипажу! Я жить хочу!”. “Женщина, если б вы знали, как Я жить хочу!” - очень остроумно отпарировал последнюю фразу всё тот же капитан израильской команды. Но женщина на этом не успокоилась. Она ре�?ительно направилась в кабину пилота, но вскоре вернулась, крайне недовольная. В салоне объявилось несколько единомы�?ленников той женщины, но их вскоре уговорили, а вот она всё никак не поддавалась уговору. Снова до нас долетел обрывок разговора пилота со стюардессой, в котором он напомнил всю процедуру перезагрузки багажа, в случае, если женщину всё же высадят. Женщина снова направилась в кабину
пилота. Воцарилась ти�?ина, было даже слы�?но, как работает система кондиционирования на потолке самолёта. Мы посмотрели туда и увидели мощные струи пара, клубящегося по потолку. Кто-то громко сказал: “Всё, газ пустили. Сейчас уснём, а проснёмся уже в Калининграде”. На самом деле это был просто пар, но тогда эта фраза пассажирам не очень понравилась. Пока люди спорили, мимо нас спе�?ной походкой в кабину пилота про�?ёл молодой человек с чемоданчиком, в синем жилете, на котором было написано “SUPERVISOR”. Через несколько минут он вы�?ел, следом за ним, уже не возмущаясь и ни на чём не настаивая, вы�?а женщина, села на своё кресло, и мы благополучно взлетели, долетели и приземлились.
…Два часа, проведённые в самолёте в ожидании вылета тянулись намного мень�?е двух часов в полёте, но в памяти остались именно они.